4852

Грегг Брейден: Мы художники, и мы же — произведения искусства

Подойдите к краю —
Но мы можем упасть.
Подойдите к краю —
Но там слишком высоко!
ПОДОЙДИТЕ К КРАЮ!
И они подошли, И мы толкнули их, И они полетели.

Кристофер Лог

 

 

 

 

Это описание инициации из произведения современного поэта Кристофера Лога говорит об огромной силе, дремлющей в нас и готовой вырваться наружу, как только мы позволим себе выйти за границы того, что привыкли считать истинным. С инициируемыми произошло нечто, чего они совершенно не ожидали. Их подвели к краю якобы возможного и заставили переступить его. Там, на неизведанной территории они обнаружили, что находятся в качественно новом, исполненном силы состоянии, и обрели недоступную им ранее свободу.

Альберт Эйнштейн в своей автобиографии высказал соображение, что мы — всего лишь пассивные наблюдатели, живущие в давно готовой Вселенной, на которую у нас, судя по всему, нет почти никакого влияния:

«Вот простирается необъятный мир, который существует независимо от человеческой воли. Он возвышается перед нами великой и вечной загадкой, почти недоступной для нашего понимания и изучения».

Надо сказать, что подобных взглядов на Вселенную большинство ученых придерживается и по сей день.

 

tmb_61225_5055

 

Радикально иную трактовку нашей роли в мироздании предложил принстонский физик и коллега Эйнштейна Джон Уилер. Опираясь на эксперименты конца XX века, доказавшие, что, даже если человек просто смотрит на некую вещь, она изменяется под действием его взгляда, Уилер говорит:

«Всем известна старая идея о том, что где-то там, снаружи, находится Вселенная, а здесь — человек, надежно защищенный от нее шестью дюймами зеркального стекла. Теперь, благодаря квантовой картине мира, мы знаем, что даже простое наблюдение за таким микроскопическим объектом, как электрон, требует от нас разбить это зеркало, мы должны проникнуть туда, внутрь… Прежнего пассивного наблюдателя следует вычеркнуть из книг. Ему на смену должен прийти полноправный участник мирового процесса».

Вот это прорыв! Уилер интерпретирует наше взаимодействие с миром совсем не так, как Эйнштейн. Он утверждает: нельзя отстранённо наблюдать за тем, что происходит во Вселенной. В самом деле, эксперименты квантовой физики ясно показывают, что, если сосредоточить взгляд на мельчайшей частице вроде электрона, ее свойства будут меняться. В результате таких экспериментов было выдвинуто предположение, что акт наблюдения, по сути, есть акт творения и что деятельность сознания обладает созидательной силой. Все это говорит о том, что мы не можем больше рассматривать себя как пассивных наблюдателей, не влияющих на объекты нашего наблюдения.

Восприятие самих себя как участников творения Вселенной, а не пассивных ее обитателей требует полного пересмотра представлений о космосе и его устройстве. Основу для радикальной смены картины мира заложил в своих книгах и статьях еще один принстонский физик и коллега Эйнштейна, Дэвид Бом.

Незадолго до своей смерти в 1992 году он подарил миру две революционные теории, предлагающие совершенно новый целостный взгляд на Вселенную и наше место в ней.
Первая из его теорий была интерпретацией квантовой физики. Она послужила поводом для встречи Бома с Эйнштейном, после которой ученые стали друзьями. Из этой теории выросла концепция «творческого управления глубинными уровнями реальности», как ее называл сам Бом. Он был уверен в существовании глубинных или, наоборот, высших уровней мироздания, содержащих модели для всего происходящего в нашем мире. То есть именно из этих тонких слоев бытия и происходит физический мир.

Другая теория Бома описывает Вселенную как целостную систему, объединенную связями, которые далеко не всегда очевидны. Во время работы в Радиационной лаборатории Лоренса (ныне Национальная лаборатория Лоренса Лайвмора) при Калифорнийском университете Бом наблюдал за частицами материи в особом ее состоянии, именуемом плазмой. Он обнаружил, что, вопреки бытовавшим на тот момент представлениям, частицы в плазматическом состоянии ведут себя не как отдельные элементы, а как составляющие чего-то большего.

Эксперименты Бома легли в основу наиболее известной его книги «Цельность и скрытый порядок», вышедшей в 1980 году. В этой революционной книге он предположил, что если бы мы могли наблюдать Вселенную всю целиком с некоей условной высшей точки, то все объекты в мире выглядели бы отражениями процессов, происходящих в другой, ныне недоступной нашему наблюдению области. Чтобы различать видимый мир и эту область, Бом ввел понятия «видимое» и «скрытое».

Все, что доступно осязанию и существует в мире обособленно — скалы, океаны, леса, животные и люди, — представляет собой видимый уровень мироздания. Однако Бом утверждает, что все эти вещи и явления только кажутся обособленными, в действительности же они связаны между собой на глубинном уровне высшей целостности — скрытого порядка, который просто не доступен нашим органам восприятия.

Разницу между скрытым и видимым и иллюзию раздельности вещей проще всего показать на примере потока воды.

«В потоке воды можно различить водовороты, волны и всплески, хотя понятно, что сами по себе они не существуют», — говорит Бом.

Каждый всплеск воды кажется нам отдельным явлением, но Бом рассматривает их как взаимосвязанные составляющие единого процесса:

«Мимолетное бытие, которым обладают эти абстрактные формы, предполагает лишь относительную независимость, а вовсе не самостоятельное существование».

Попросту говоря, всплески водного потока суть формы все той же воды.

С помощью таких примеров Бом продемонстрировал, что Вселенная со всем, что в ней есть, включая нас самих, в действительности является гигантской целостной системой, в которой все взаимозависимо. Обобщая свой взгляд на устройство мира, он писал:

«Я бы определил эту новую концепцию реальности как Целостность в текущем моменте».

В 1970-е годы Бом предложил еще более ясную метафору, позволяющую изобразить мир как неделимое целое, представленное в виде разрозненных частей. Размышляя о взаимосвязях Вселенной, он все более убеждался в том, что мир подобен гигантской космической голограмме.
В голограмме любая часть объекта содержит весь объект в уменьшенном виде.

 

73605607

 

С точки зрения Бома, все, что мы можем наблюдать в окружающем мире, — это проекции чего-то гораздо более реального, происходящего на глубинном уровне мироздания в области скрытого и подлинного бытия. Согласно такому подходу, «как вверху, так и внизу», «как внутри, так и вовне».

Иными словами, любая система состоит из систем меньшего масштаба, по сути, ей идентичных.
Удачный пример голограммы — элегантная простота человеческого тела. Из какой бы его части мы ни взяли молекулу ДНК — из волоса, пальца руки или из капли крови, она будет содержать генетический код всего организма. В ней всегда и в неизменном виде обнаруживается генетическая модель всего человека.

Вселенная разворачивается из скрытого состояния в видимое в потоке превращений, делающих невидимое явленным, что и определяет динамику мироздания. Именно это имел в виду Джон Уилер, когда говорил о цельности и взаимозависимости всего во Вселенной и о том, что она чутко реагирует на деятельность сознания.

Любопытно заметить, что подобным же образом представляли себе устройство нашего мира мудрецы древности. Идея о том, что мир — это всего лишь зеркало событий, происходящих в высшей или глубинной реальности, встречается во многих традициях — от индийских Вед (датируются 5000 г. до н. э.) до Свитков Мертвого моря, созданных за 2000 лет до н. э. Переводчик Песен Жертвоприношения Шаббата суммирует содержание этого фрагмента Свитков Мертвого моря следующим образом:

«Все, что происходит на земле, — лишь бледное отражение великой, первоначальной реальности».

И квантовая теория, и древние тексты приводят нас к простому заключению: существует некая невидимая область, в которой мы создаем модели для своих отношений с людьми, карьеры, успехов и неудач — всего, что происходит с нами в видимом мире. В этом смысле Божественная Матрица действует как огромное космическое зеркало, позволяющее нам видеть материализованные энергии наших чувств (любви и ненависти, сопереживания и гнева) и убеждений.

Божественную матрицу, материализующую наш внутренний чувственный опыт и убеждения, можно также сравнить с киноэкраном, беспристрастно воспроизводящим все, что было отснято на пленку. И в cамом деле, в том, как мы строим отношения с окружающими, раскрываются наши сознательные, а чаще неосознанные представления о самых разных вещах — от сострадания до предательства.

Вот почему нас можно уподобить художникам, выражающим свои самые искренние страхи, мечты и стремления на живом и таинственном квантовом полотне. Однако, в отличие от холста обычного художника, наш «холст» присутствует всегда и повсюду и служит строительным материалом для всего сущего.

Продолжим аналогию с художником и холстом. Живописцу для внешнего выражения своих замыслов нужны всевозможные инструменты и материалы. Что же касается Божественной Матрицы и нас, здесь обособленность художника от его произведения отсутствует. Мы сами являемся холстом и изображением, мы одновременно и живописец, и его инструменты.

Говоря о том, что мы создаем самих себя, я вспоминаю один диснеевский мультфильм, популярный в 50-е — 60-е годы, во времена черно-белого телевидения. Сначала на экране появлялась рука художника, рисующая в блокноте набросок Микки Мауса. По мере того как набросок детализировался, он постепенно оживал. Затем уже сам Микки начинал рисовать других персонажей, причем на том же самом листке. Нужда в художнике пропадала, и его рука исчезала из кадра.

Микки с друзьями начинали жить собственной жизнью. И затем собственной жизнью начинал жить нарисованный дом, в котором они жили. Пока его обитатели спали, кухня оживала. Сахарница весело танцевала с солонкой, а чашка заигрывала с масленкой. Такое сравнение может показаться излишним упрощением модели Божественной Матрицы, однако оно помогает достичь трудноуловимый смысл представления о том, что мы — художники, создающие себя в пространстве своих собственных произведений.

Работая над качеством собственной жизни с помощью Божественной матрицы, мы во многом уподобляемся художнику, доводящему свою картину до совершенства. Палитра наших чувств, убеждений и оценок дает нам возможность создавать различные ситуации и встречаться с самыми разными людьми в самых разных местах. Любопытно, что эти люди и ситуации часто кажутся нам мучительно знакомыми.

Встречаясь, мы делимся друг с другом творениями нашей внутренней жизни. Этот творческий процесс длится мгновение за мгновением, день за днем. Мы как живописцы покрываем холст бытия все новыми и новыми красками, бесконечно совершенствуя свое произведение. До чего же прекрасная, необычная и мощная концепция!

Кто-то при мысли, что мы — часть изменчивого мироздания, создаваемого нами самими, испытает восторг. Кому-то она покажется пугающей. Возможность использовать Божественную матрицу по собственной воле в корне меняет наши представления о роли человека во Вселенной. По сути, это означает, что наше существование может превратиться из череды совпадений и случайностей в нечто гораздо более интересное и осознанное.

 

simulyaciya

 

Мы, можно сказать, инстинктивно выражаем свое стремление к здоровью, достатку и покою посредством определенных телодвижений, действий и отношений с окружающими. Квантовая основа, соединяющая нас со всем сущим, позволяет нам творить себя и собственную жизнь сознательно.

Инициируемые из поэмы Кристофера Лога не могли взлететь, пока их не толкнули с обрыва. Пробуждение наших возможностей точно так же требует тотальной и очень глубокой перестройки мировоззрения. Изменив наши представления о Вселенной, мы неожиданно получим власть над силой своих устремлений и самых заветных желаний.

Какими бы несбыточными ни казались вам мои обещания, они легко осуществимы в пространстве Божественной матрицы. И для этого нужно не столько понять, как работает эта древнейшая энергетическая субстанция, сколько научиться формулировать свои желания на понятном ей языке.

Из книги Грегга Брейдена «Божественная матрица»

Если эта тема не чужда Вам и Вашему восприятию мира, то слушайте «Коды сознания» Грегга Брейдена:

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

3 × пять =